Интервью с генеральным директором ТОО «Промет»

by Promet

"Всегда есть каждый день, когда ты можешь что-то улучшить..." (Сарсенбаев К.Т.)

direktor— Канат Туребаевич, расскажите, пожалуйста, немного о себе.

— Ну, во-первых, мне за 50, т.е. я взрослый мужчина в полном расцвете сил. У меня довольно обширный опыт работы. Я занимался научной деятельностью. Закончил химический факультет и 7 лет работал в Институте химических наук Академии Наук, и там же защитил кандидатскую диссертацию. Затем работал на Павлодарском химическом заводе, а потом попал в компанию «Astana Motors», где проработал еще 10 лет на разных позициях. Потом я 8 лет работал в компании, занимавшейся дистрибуцией автомобилей «Peugeot». Затем я вернулся в «Astana Motors», где занимался постройкой автомобилей «Hyundai», был директором этого завода. Мы запускали пилотные проекты сборки малотоннажных грузовиков, потом освоили сборку по более сложной технологии, со сваркой, с полной сборкой, так называемую SKD (Semi-Knockdown). Наш завод посещал лично Нурсултан Абишевич Назарбаев, мы его встречали, показывали свою продукцию. Там было много таких, знаковых событий, и интересно было все это делать. А затем, 2 года назад, я пришел на завод металлоконструкций «Промет». Это был новый вызов для меня, и теперь я руковожу коллективом почти в 100 человек.

— Вы выбрали для себя техническое направление в жизни. Вы работаете с металлом. Вы и раньше занимались такой деятельностью, которая также была связана с механизмами, с машинами, хотя Вы – химик по образованию. Почему Вы выбрали именно эту область деятельности?

— В первую очередь я хочу сказать, что химик – это образование естественное. Мы говорим, что есть гуманитарии, а есть естественное образование – физики, химики, математики. Это – особый склад ума. Я не хочу сказать, что естественное образование – это плохо. В каких-то областях это даже намного лучше. Естественные науки привлекают тем, что в них есть довольно строгая логика; та логика, от которой отойти нельзя. Вот, допустим, в математике уравнение "просто так" не решится, в химии не произойдет то событие, та реакция, которую вы хотите получить. То же самое действительно для того, чем мы занимаемся сейчас на нашем заводе - инфраструктурными решениями, которые включают в себя элементы и машиностроительные, и строительные. Логика такая, что именно эта область является продолжением моего естественного образования. Здесь если делаешь что-то неточное, обязательно эта неточность выявится в самом неприятном месте. Если конструкция рассчитана на определенную прочность, а вы сделали ошибку в конструктиве, то это может привести к весьма серьезным последствиям. Поэтому логика простая – естественное образование подталкивает к деятельности более строгой, более точной направленности, что мы сейчас и делаем. Металлообработка и конструктивы, которые мы сейчас выполняем, предельно точны.

— Расскажите, пожалуйста, историю Вашего завода. Как развивалось предприятие?

— История такая. Предприятие было создано в 2007 году. Я, к сожалению, не застал тот период становления завода. У меня эта история вызывает восхищение. Классические истории заводов на постсоветском пространстве имеют историю приватизации какого-то большого завода на разные цеха. Люди использовали существующую инфраструктуру (помещения, подъездные пути, инженерные коммуникации), а здесь в 2007 году люди собрались и построили в чистом поле, на месте какого-то лога, завод, и закупили очень дорогое оборудование для металлообработки. Например, лазерный станок швейцарской фирмы "Bystronic" за 800 тысяч евро. Также было приобретено другое оборудование ведущих мировых производителей: револьверно-просечной пресс и гибочные станки фирмы «Finn Power», гильотина ADIRA, покрасочная камера итальянского производства TAISS с предварительным обезжириванием и фосфотированием металла. Довольно дорогое оборудование было использовано, грубо говоря, энтузиастами в чистом поле, что само по себе удивительно для того времени. Идея была такая – по аналогии одного из предприятий, которое учредители видели за границей, построить завод для производства контейнеров для сферы телекоммуникаций. Сейчас мы еще немного развили и расширили эту тему.

— Какие основные группы изделий производит Ваше предприятие?

Для Казахстана, с нашей огромной территорией, инфраструктура будет очень актуальной темой ближайшие минимум лет 20-30. Любой трубопровод, любая железная или автодорога должна сопровождаться сетью коммуникаций. Если есть сеть коммуникаций, то обычно ставятся наружные, антивандальные шелтеры, производством которых мы, собственно, сейчас и занимаемся. Если есть, например, оптоволоконные линии или любая коммуникация (большой газопровод, или трубопровод, или нефтепровод), всегда ставится такое решение – через кратное количество расстояний ставятся, так называемые, необслуживаемые узлы связи. Мы тоже производим такие узлы. Также мы сейчас развили линейку, и делаем блочно-модульные здания для различных целей; в частности, для подстанций. Сейчас у нас есть большой проект с СП "Сименс-"Казакстан Темир Жолы". Мы принимаем участие в восстановлении тяговых подстанций КТЖ, мы изготавливаем блочно-модульные здания. Следующее большое направление – это запад Казахстана, где расположены нефтеносные и газоносные районы, где ставятся внешние подстанции, к которым предъявляются особые требования: они должны быть прочные, устойчивые к внешним воздействиям, короче, долговечные. Вот такие вот продукты мы тоже можем делать. Еще один наш успешный проект – это сети «Казахтелекома» и мобильных операторов. Сейчас «КазТелеРадио» уже практически заканчивает ввод в эксплуатацию сети цифрового вещания. На таких сетях, которые располагаются за городом, используются наши конструкторские решения - сооружения связи.

— Расскажите, пожалуйста, об основных этапах развития завода. Были ли за эти 8 лет какие-то этапы развития, которые Вы могли бы особенно выделить?

— На самом деле, 8 лет – это не такой уж и большой срок, трудно выделить какие-то важные этапы. Люди обычно начинают с того, что делают простые заказы, а потом появляются интересные идеи и приходят такие компании, как, допустим, "Сименс", "АББ", «ТенгизШевройл». Например, у «ТенгизШевройла» разработана система требований для изделий, которые они используют, и они очень жесткие. Обычно все это делалось не в Казахстане, а за рубежом. Примерно 2 года назад инспектора стали приходить для аудита нашего предприятия – проверяли, рекомендовали, показывали свои требования. На нашем предприятии мы, к счастью, требования выполняли. Мы обновили сварочное оборудование, обучили людей, получили лицензию, регулярно сдавали экзамены, стали работать по формату ТШО, т.е. каждый этап выполнения работ актируется, составляется "акт скрытых работ" в присутствии эксперта. В случае каких-то отклонений или в случае выявления дефектов составляется протокол, и начинается переделка. Т.е. когда мы проходили какие-то этапы по проектам "Сименс", "АББ", "ТенгизШевройл" - мы поднялись, я считаю, на качественно новый уровень. Конечно, когда мы сдавали продукцию заказчику, мы чувствовали гордость за наш продукт, за то, что он сделан в Казахстане, 96% изделия выполняется в Казахстане - металл, работа, все виды металлообработки – все наше. У нас действительно - «сделано в Казахстане». И у нас, конечно, есть сертификат CT-KZ. Мы постоянно занимаемся модификацией наших процедур. Буквально с ноября предыдущего года мы начали вводить систему «Бережливое производство». Мы получили грант от Европейского Банка Реконструкции и Развития и привлекли специального обученного консультанта по системе «Кайдзен», и сейчас активно этим занимаемся. Эта система позволяет повысить производительность труда, уменьшить необходимость в площадях, расширить линейку производства и т.д. В итоге заказы для наших клиентов выполняются быстрее и качественнее. Это тоже достаточно важный этап.

— С какими трудностями Вам пришлось столкнуться в процессе становления Вашего завода?

— Ну, в такой работе с трудностями сталкиваться приходится нередко. Первая, достаточно распространенная и лежащая на поверхности трудность – квалифицированные кадры. У нас за последний год коллектив устоялся. До этого времени, конечно, была текучка кадров и отчуждение труда. Было тяжело изменить отношение работников к своему предприятию. Период с 2009 по 2010 гг. был тяжелым временем, особенно для производства. Бывали и кризисы на предприятии, когда по 3 месяца зарплата не выплачивалась. Мы взялись за эту проблему и первое, что мы сделали - стали регулярно платить зарплату, купили новую униформу (2 комплекта для всех рабочих), полностью очистили цех от всякого ненужного хлама, все вымели, все покрасили, достроили административный корпус, где сделали душевую, столовую, стали дотировать обеды – для нашего работника обед (а это – первое, второе, третье и даже, иногда, четвертое) стоит 100 тенге, т.е. всячески постарались создать нормальные условия для продуктивного труда. И вот эти трудности, которые у нас были – текучка кадров, плохое отношение к рабочим местам, отсутствие мотивации – мы их преодолели. Сейчас у нас почти все сотрудники с удовольствием идут на работу. Они чувствуют, что со стороны руководства к ним есть внимание, все вопросы по оборудованию и инструментарию решаются быстро – нет проблем ни по инструменту, ни по качеству, ни по ремонту оборудования, ни по теплу зимой. Мы просто начали заниматься социальными вопросами, и эта трудность отошла на задний план.

Есть трудности конкуренции. Допустим, мы делаем все очень хорошо, по ГОСТам и СНиПам, у нас станки с ЧПУ выполняют обработку металла без ошибок. А есть конкуренция такая, что, там, дядя Вася в огороде четыре трубы приварил, обшил металлом, тут же красит и выдает это за изделие. Наши изделия абсолютно соответствуют всем требованиям: каждая деталь точно обрезана, все это приваривается точным швом, каждая деталь красится отдельно, т.е. есть гарантия качества на многие годы. Вообще, официальная гарантия – 2-3 года, но мы даем гарантию до 10 лет. Вот один пример: недавно наши люди видели бывшие в употреблении контейнеры, которые один из сотовых операторов снял с сети и отправил на утилизацию: часть из них - это были контейнеры, про которые я говорил "дядя Вася в каком-то маленьком цеху, в гараже варит". Через 3 года контейнеры приходят в негодность: они ржавеют, они покрываются изнутри коррозией, становятся все кривые, а в них стоит оборудование на полмиллиона долларов. При этом не учитывается важный аргумент - когда дорогое оборудование монтируется в несоответствующем здании - сеть развивается дешево и быстро, но они через 2-3 года подлежат замене и такой хозяин, который нерадивый, скупой, он платит дважды. К сожалению, часто такие решения заказчиков и поощряют производство продукции "дяди Васи". Вот такая трудность – "неправильная" конкуренция.

Кстати, например, «ТенгизШевройл» никогда не заказывают у «дяди Васи». Они понимают, что качество – это очень важный компонент. Если сравнить качественный и дешевый объекты, то при покупке дешевого, конечно, вы заплатите в 2 раза меньше, но с точки зрения инфраструктурных решений, которые принимаются на десятилетия, необходимо учитывать не цену покупки, а стоимость владения объекта в целом. Если ты будешь этот некачественный контейнер через 2-3 года менять, то ты заплатишь две цены. А вы представьте, сколько стоит остановка сети, пусть даже на незначительное время, например, мобильной связи или цифрового вещания...

Вот вы спросили про трудности, и вот такая есть еще трудность – как убеждать заказчиков в объективности наших решений? Мы убеждаем, что применять наше решение нужно потому, что оно действительно будет служить вам 10 лет. Заказчик говорит: «Нет у меня бюджета. Мы что-то возьмем подешевле, а ваше решение нам не по карману». Понимание приходит со временем. Трудность в том, что, к сожалению, должно пройти какое-то определенное время, когда понимание, что в инфраструктурных решениях нужно применять то, что отвечает требованиям их оборудования.

— Спасибо. Как Вы считаете, что выделяет Вашу компанию среди Ваших конкурентов?

— Мы имеем контракты с такими компаниями, как "ABB", "Siemens", "ТенгизШевройл". Одно из наших главных преимуществ – это то, что мы можем адаптировать наш конструктив почти под любого клиента, и довольно быстро. Вот, например, есть завод намного более крупный, чем мы, который делал для компании "Siemens" какие-то проекты в Казахстане. "Siemens" обращаются к нему за очередным заказом, и, рассмотрев предложение завода, видят, что оно их не устраивает, например, в габаритах. На просьбу изменить габариты, расположение оборудования, завод отвечает: «Извините, у нас, вот, стандартная продукция, у нас такие-то габариты, такой-то форм-фактор, и все. Пожалуйста, используйте его. Другого у нас в линейке производства, к сожалению, нет.» Тогда "Siemens" приходят к нам и говорят: «А можно мы сделаем такие-то размеры, такое-то расположение?». Мы говорим: «Без проблем!». Наша проектная группа быстро перерабатывает наш конструктив и выдает другое решение. Причем, это делается быстро, практически онлайн, и в период подготовки проекта это может делаться несколько раз, т.е. у нас появляется более гибкая структура, чем у крупных предприятий. Это самое сильное наше преимущество.

Других преимуществ у нас тоже предостаточно. У нас высокоточное оборудование. Например, лазерный станок фирмы «Bystronic» обрабатывает металл толщиной до 20мм с точностью до сотой доли миллиметра. После него детали практически не требуют дальнейшей обработки. Наш револьверно-просечной пресс тоже работает с высокой точностью, почти такой же, как у лазера, и он очень высокопроизводительный. Уникальность нашего оборудования выделяет нас из ряда других компаний. Мы делаем большие заказы как, например, для "КазТелеРадио", 100 - 150 контейнеров (в прошлом году делали такой заказ). Оборудование позволяет работать в 2-3 смены. Человеческая ошибка исключена, поэтому можно только загружать металл в аппарат, а он выдает панели. Сборку потом можно масштабировать.

У нас есть слаженный, стабильный коллектив, мы наработали значительный опыт в инфраструктурных решениях, поэтому к нам обращаются уже просто за экспертизой.

— Скажите, с чем к Вам могут обратиться заказчики, и Вы гарантируете им выполнение заказа на высоком уровне?

— Самое основное, что мы точно можем гарантировать – это качество для инфраструктурных решений. Такие компании как "Kcell", "Beeline", "Tele2" – наши сотовые операторы – знают нашу продукцию, поэтому если у них есть какой-то объем, они всегда обращаются к нам. Потом, такие компании, как "КазТелеРадио", "Казахтелеком", "КазТрансКом", "ТрансТелеком" тоже имеют позитивный опыт эксплуатации нашей продукции. Причем, делается она качественно и очень оперативно.

Мы также делаем контейнеры для дизель генераторов. В данный момент выполняем заказ на один из сайтов "ТенгизШевройла" - 7 дизельгенераторов больших, 8-метровых – насыщенный такой продукт. Это мы делаем действительно быстро и качественно.

Еще мы делаем блочно-модульные здания и антенно-мачтовые сооружения от 16 до 24 метров высотой.

Еще мы делаем такой интересный продукт – мини-шелтер. Некоторые сотовые компании уходят от контейнерного решения в городе, все оборудование вкладывается в мини-шелтеры. Это как сейф, 2 метра высотой, с климатехникой, и там стоит все оборудование связи. И он антивандальный, он полностью защищен.

— А часто ли к Вам обращаются за нестандартными решениями?

— На самом деле у нас все решения практически нестандартные, особенно в энергетике. В части производства подстанций, например, у нас почти все решения нестандартные, т.к. их приходится проектировать заново. Все подстанции требуют каких-нибудь новых подходов. Они обычно большого размера, и чтобы довезти их до места назначения, надо использовать так называемый «транспортный габарит», т.е. элемент такой подстанции не должен быть шире, чем 2.5 метра, и высотой не более 4-х метров, длиной не более 15-17 метров. Подстанции есть намного большего размера, поэтому их приходится делать блочно-модульными, состоящими из частей. Иногда бывает трудно смоделировать такую конструкцию, которая бы отвечала требования к цельному зданию, а состояла бы из частей. Часто то, что мы делаем, является нестандартным и уникальным: там или крыша несущая становится, или колонны приходится ставить внутри здания, иногда вообще ничего поставить нельзя, и приходится усиливать другими элементами. Задачи нетривиальные и интересные.

— У вас на предприятии идеальный порядок в административных помещениях, в цехах. Скажите, это тоже является составляющей Вашего успеха?

— У нас внедряется система «Кайдзен», т.е. «система постоянного улучшения». Если бы он был идеальный, стремиться было бы уже некуда... К счастью, или к несчастью, у нас не все идеально, поэтому всегда есть каждый день, когда ты можешь что-то улучшить, чем мы сейчас и занимаемся. Одна из составляющих системы «Кайдзен» - это система «пять С» - пять элементов, которые позволяют просто иметь под рукой всегда только то, что ты используешь. Если ты что-то не используешь, ты должен это убрать. Тебя должно окружать лишь то, с чем ты работаешь, и ничего более. Это помогает организовать рабочее место таким образом, что любой работник сразу видит, что здесь лишнее или чего-то не хватает. В принципе, это является одним из важных элементов повышения производительности труда.

— Если бы у Вас была возможность обратиться к Вашим потенциальным клиентам, что бы Вы им сказали о своем предприятии или предложении?

— Клиент все рассматривает с точки зрения финансов. Я называю это «калькуляторный бизнес». Он берет бюджет, смотрит, что он может позволить себе за эти деньги, и вычисляет. Я всем клиентам говорю, что надо оценивать не просто цену товара, а стоимость владения этим товаром. В любом товаре, который бы Вы ни купили, самое важное – это цена владения, т.е. сколько этот товар сможет вам прослужить, и сколько вы потратите на его обслуживание. Проще всего просчитать это на автомобилях, потому что ими все пользуются, и все легко это поймут, но для этого нужно время. Когда я обращаюсь к нашим клиентам, я всегда предлагаю им оценить наш продукт с точки зрения стоимости владения им. Обидно, что это очень хорошо понимают на Западе, и никогда не покупают дешево. У сильных западных компаний никогда нет установки - покупать дешево. Это не потому, что, как мы говорим, они – капиталисты богатые и жируют. Они, наоборот, всегда считают каждую копейку, и поэтому никогда не покупают дешево. У нас люди, к сожалению, не считают каждую копейку, и поэтому покупают дешево.

— И в заключение: Как Вы видите дальнейшее развитие своего предприятия? Каким бы Вы хотели видеть свое предприятие в недалеком будущем?

— Одним из элементов нашей работы является необходимость планировать краткосрочную и долгосрочную перспективу. У нас есть идея того, как мы должны развиваться. У нас есть основательный фундамент для развития: хорошая территория (5 га земли, хотя используется только 2 га, т.е. 3 га свободные, есть площадь для расширения, можем развиваться), у нас есть финансовая стабильность, и у нас амбициозные планы на этот год. Поэтому мы можем проектировать и развиваться. Все, что сейчас происходит в экономике и с нашим предприятием, мы можем примерно экстраполировать на перспективу ближайших пяти лет. Мы думаем, что за 5 лет мы станем лидерами инфраструктурных решений в Казахстане. Мы будем развивать наши сильные стороны, и, возможно, откроем дополнительное, сопутствующее производство, которое поможет нам быть более конкурентоспособными и предлагать законченные решения. Вот это - одна из перспектив нашего развития.